Миры братьев Стругацких

Что такое разница между легальной и нелегальной литературой одного и того же автора? «Повесть о дружбе и недружбе» и «Гадкие лебеди» - два совершенно разных произведения двух совершенно талантливых писателей Аркадия и Бориса Стругацких. Рассмотрим оба произведения этих двух в свои оба.

Когда мозг настолько отказывается думать, что приличные серьёзные книжки читать элементарно нет сил, альтернативные варианты иссякли, газеты/журналы опротивели, а брошюры о Здоровом Образе Жизни сами прыгнули в помойное ведро, почитайте "Повесть о дружбе и недружбе" братьев Стругацких. Вообще, эта повесть по-своему уникальна тем, что она – единственное произведение, написанное Стругацкими для детской, а точнее, подростковой публики. И что интересно, произошло это в силу вынужденных обстоятельств, по словам самих Стругацких, они относились к "Повести о дружбе и недружбе" как к нежеланному и нелюбимому ребёнку, ведь эта сказка возникла из старого сценария для полноценной взрослой книги, который пришлось переделать из-за того, что «ничего более серьёзного в те поры опубликовать было невозможно».

Несмотря на предполагаемую самими авторами целевую аудиторию повести, книга эта может быть интересна и взрослому читателю, поскольку никто не отменял потрясающий язык братьев Стругацких, который даже в этой нелюбимой ими повести сквозит в каждой строке и придает тексту характерное очарование.

Сюжет нашей «сказочки» весьма прост. Чётырнадцатилетний мальчик Андрей Т. накануне Нового года заболевает фолликулярной ангиной. В момент, когда несчастный юный человек лежит дома в одиночестве и страдает от своей незавидной участи, ему звонит его лучший друг Генка и мужественно обещает Андрею прийти к нему и справить Новый год вдвоём. Но когда через 2 часа друг не приходит, Андрей Т. получает сообщение о том, что друг в беде и до 12 его нужно срочно спасти, иначе "будет поздно". Андрей, разумеется, спешит на помощь. На пути к другу его ожидают испытания в виде двух дверей "для умных" и "не очень", бассейна без воды, Коня Кобылыча, взывающего к здравому смыслу и заставляющего задуматься, а что же вообще такое - здравый смысл?, в виде Всемогущего Электронного Думателя Решателя и Отгадывателя (ВЭДРО) и др. Финал сказочки вполне предсказуем. В критике постоянно твердят о том, что "Повесть о дружбе и недружбе" – это не Стругацкие и вообще, их лишнее произведение итд. Я же считаю, что лишних произведений в природе не существует, поэтому и в этой, на первый взгляд, до смеха простой, а в чём-то и вовсе примитивной книжке можно найти смысл. По крайней мере, многим лучше бы эту книжку почитать вместо ежедневного поглощения СМИ (в целях лёгкого освежения черепной коробки).

Ну а теперь контрастная «нелегальщина» - на мой взгляд, одно из наиболее удавшихся "детищ" российских фантастов - повесть Стругацких «Гадкие лебеди». Произведение было создано в 1967 г но не прошло цензуру, поэтому книга вышла в свет только в 1987. Главный герой романа Виктор Банев – известный столичный писатель приезжает в свой родной город, в котором по непонятным причинам круглые сутки идёт дождь. Виктор попадает в череду странных, но каким-то образом взаимосвязанных друг с другом событий. Вся повесть имеет выраженный детективный окрас. Как, впрочем, почти всегда у Стругацких. Тонкие диалоги и мощный костяк сюжета сочетается с размытыми во времени и пространстве образами персонажей. Проза Стругацких вообще очень метафизична.
У меня в детстве был приятель, - сказал Виктор, - который затеял прочитать Гегеля в подлиннике и прочитал-таки, но сделался шизофреником. Ты в свои годы, безусловно, знаешь, что такое шизофрения?

В этой повести особо отточен литературный стиль Стругацких, их манера общения со своим читателем, не чужда ей также ирония, порой даже пафос и снобизм. Стругацкие как бы держат читателя на расстоянии, при этом яростно и концентрированно подсовывая ему острые пики своих суждений и умозаключений. До Стругацких, в каком-то смысле, надо дорасти, иначе просто многое не дойдёт. .

..Потому что волчица говорит своим волчатам: "Кусайте, как я", и этого достаточно, и зайчиха учит зайчат: "Удирайте как я", и этого тоже достаточно, но человек-то учит детёныша: "Думай как я", а это уже - преступление…

Пересказывать сюжет «Гадких лебедей» нет особого смысла, к тому же многие детали я уже не помню, поскольку у Стругацких сюжет всегда второстепенен (для меня, по крайней мере), куда интереснее диалоги персонажей и общая проблематика, нежели прямое развитие событий. Так, например, под маской непринуждённых диалогов в ресторане за рюмочкой коньяка между врачом, писателем и инспектором, а также иными действующими лицами, скрываются парадоксальные идеи, свежие провокационные мысли. "Гадкие лебеди" - в каком-то смысле диалог писателей с будущим не без оглядки на прошлое в условиях мрачного настоящего. Ну а прежде всего, это, всё-таки, диалог писателей с самими собой. Первый раз «Гадкие лебеди» воспринимаются со скрипом, такие книги требуют того, чтобы их перечитали.

Для меня прогресс - это движение к состоянию, когда не топчут и не убивают. А чем они /люди/ там будут заниматься – это, на мой взгляд, не так уж существенно.

Вся повесть - большой конфликт, сотканный из конфликтов времени, извечного и потому уже набившего оскомину конфликта отцов и детей (пусть это даже и дети-вундеркинды), конфликта идей. Неудивительно, что «Гадкие лебеди» не прошли цензуру в середине 70х. Почитайте, прочувствуйте, сравните льва (Дикие лебеди) с ягнёнком (Повесть…). Стругацкие – это бездна.

Кира Казакова